Басты бет » Материалдар » УДК 39 (574.42) ТРАНСФОРМАЦИЯ МАТЕРИАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ КАЗАХОВ ВОСТОЧНОГО КАЗАХСТАНА В КОНЦЕ XIX - НАЧАЛЕ XXI ВЕКОВ

А.Н. АЛЕКСЕЕНКО, д.и.н., профессор К.Е. СМАГУЛОВА, PhD докторант Восточно-Казахстанский государственный университет имени С. Аманжолова г. Усть-Каменогорск, Казахстан

УДК 39 (574.42) ТРАНСФОРМАЦИЯ МАТЕРИАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ КАЗАХОВ ВОСТОЧНОГО КАЗАХСТАНА В КОНЦЕ XIX - НАЧАЛЕ XXI ВЕКОВ

«edu.e-history.kz» электрондық ғылыми журналы № 4 (16) 2018

Тегтер: трансформация, оседлость, номадизм, казахов, культура, материальная, Казахстана, Восточного, казахи, культура, юрта, жилище, жизнедеятельность, казахов.
Аңдатпа:
В статье рассматривается развитие и трансформация материальной культуры казахов от традиционной кочевой культуры до оседлой. Трансформация традиционной материальной культуры казахов рассматривается через изучение системы материального производства, общественных отношений, особенностей жизнедеятельности казахов Восточного Казахстана в период с конца XIX –начала XXI веков. В статье раскрываются факторы повлиявшие на изменение материальной культуры от кочевой до оседлой. В первую очередь, раскрывается политика царизма, проводимая касательно казахов номадов, влияние ее на изменение хозяйственного типа казахов, и в следствие этого происходит процесс оседания, изменения бытовых условий, изменения хозяйственного типа, материального производства. Ключевые слова: культура, казахи Восточного Казахстана, материальная культура казахов, номадизм, оседлость, трансформация, юрта, жилище, жизнедеятельность казахов.
Мазмұны:

Введение. Вопрос изучения традиционной культуры казахов, в части, развития материальной культуры оставался и остается в центре внимания многих зарубежных, а также отечественных исследователей. При исследовании как и духовной, так и материальной культуры казахов можно найти ту редкую самобытность казахского народа которая присуща только ему. Имеется немало исследований на эту тематику, мы же попытаемся обобщить, систематизировать имеющиеся теоретические гипотезы в данном исследовании,  проследить процесс развития традиционной культуры казахов, рассмотрев трансформацию материальной культуры казахов в конце XIX – в начале XXI вв. локально на примере Восточного Казахстана.

Исследование материальной культуры казахов представляется вполне возможным через призму изучения истории и культуры, системы материального производства, общественных отношений, а также как вытекающее из выше сказанного способов жизнедеятельности номадов казахов. Изучение именно культурно – бытовых реалий, даст нам возможность понимания причин и последствий трансформации материальной культуры казахов, а также влияние ее на духовную культуру. 

Материалы и методы. Предполагает рассмотрение историографических фактов и этнографических, этнологических реалий во взаимосвязи, развитии и критической оценке. В исследовательской работе используются как общие, так и специальные методы научного познания. Использование принципов объективности, историзма и научного анализа, применения сравнительно – исторического метода, комплексного подхода и системного анализа позволили рассмотреть особенности материальной культуры казахов Восточного Казахстана.

Так, сравнительно – исторический метод позволил определить значимость этнографических материалов, формировавшихся с конца XIX до начала XXI веков в трех культурных эпохах. Научные исследования авторов дореволюционного, советского, а также современного периода рассматриваются в сопоставлении. При комплексном подходе были использованы исследования в области культурологии, социо-антропологии, а также этнографии и этнологии. В исследовании ценны материалы ученых-этнографов, представителей Императорского Русского Географического Общества. В статье использованы материалы раннее не использованные при изучении материальной культуры казахов Восточного Казахстана. Также использованы материалы редкого фонда Восточно–Казахстанского архива в части использования материалов Первой Всеобщей переписи населения за 1897 год, а также Краткого исторического очерка Семипалатинского края до 1917 года.

Историография. Следует отметить, что при изучении данной темы исследований в дореволюционное время имеется достаточное количество, в советское же время, из-за проводимой идеологической политики, исследований практически мало, либо они были написаны с позиции марксистско-ленинских постулатов, в современное же время исследованиями этого характера занимаются в основном молодые ученые. Вопросами исследования традиционной материальной культуры казахов в дореволюционное время занимались представители Императорского Русского географического Общества, такие этнографы-исследователи как А.И. Левшин, М. Шорманов, Н. Коншин.

В советский период как объектом исследования рассматривали В.В. Востров, Х.А. Кауанова, М.С. Муканов, Н. Алимбай, Н.Э. Масанов, Б.А. Куфтин, Р. Карутц.

В современное время изучением материальной культуры казахов занимались Х.А. Аргынбаев, Г. Ксенжик, Ж.О. Артыкбаев, Е.К. Рахимов, С.Е. Ажигали, А.А. Иманбекова, А.С. Сарсамбекова.

Обсуждение. Материальная культура, быт и уклад жизни характеризует уровень и особенности развития общества. На формирование материальной культуры оказывают внимание как внешние факторы – природная среда, окружение, так и исторически сложившиеся традиции, проводимая государством социальная политика, уровень материально-технического развития.

Объектом нашего исследования является материальная культура казахов Восточного Казахстана.

На развитие материальной культуры казахов, в первую очередь влиял хозяйственный тип, а также материальное производство казахов. В основе этого лежит как особый тип производственной деятельности кочевой тип скотоводческого хозяйства. В данном исследовании к вопросам материальной культуры мы относим изменения в типе хозяйства, особенности кочевки, жилище, убранство жилища.

К концу XIX века согласно данным Всероссийской переписи населения казахи Семипалатинской области от классического кочевого скотоводства стали переходить к полукочевому виду хозяйства: «Инородческое население области уже перешло от кочевого быта к его разновидности – полукочевому быту и, в данный момент, стоит на рубеже, отделяющем последний от быта примитивного земледельческого, оседлого. Тем не менее, на всем пространстве области, сохранились и господствует самая экстенсивная из систем хозяйства –пастбищная - дикотравная» (Первая Всеобщая перепись населения, 1897:15-17). Процесс перехода от кочевого к полукочевому типу хозяйства был неразрывно связан с политикой проводимой Царским Правительством.

О том, что одним из факторов жизнеобеспеченности казахов является родовой строй и скотоводческое хозяйство упоминается в Кратком историческом очерке Семипалатинского края до 1917 года: «Средне – азиатские степи, где родился казахский народ, с незапамятных времен служили ареной для жизни разных монгольских и тюркских племен. Два момента характеризуют их быт: родовой строй и кочевое скотоводческое хозяйство. Родовой строй пережили когда - то все культурные ныне народы, и если он сохранился в пережитках по настоящее время у кочевых народов Средней Азии, то это зависит от пустынной природы занятых ими степей, где человек без тесных родовых связей должен был бы погибнуть. Теми же условиями природы обусловлено и кочевое скотоводческое хозяйство: оно зависит не от воли или выбора людей, а есть как бы продукт самой природы. Когда на занятой племенем территории становилось тесно вследствие прироста населения и увеличения стад, племя переходило на другие свободные земли,  а если их не было, отнимало их у других племен. Отсюда постоянные, в былые времена, переселения кочевых племен, их бесконечные войны и смешения одного с другим» (Краткий исторический очерк Семипалатинского края до 1917 года, Семгубиздат, 1917:15).

И поскольку кочевничество было вплетено в живую ткань естественно-природных процессов и имело место лишь в определенных пространственно временных границах с известной амплитудой условий жизнедеятельности, то его следует, на наш взгляд понимать прежде всего как форму взаимодействия и динамического равновесия естественно-природных и социально-экономических процессов, как специфическую форму адаптации человека в особых условиях среды обитания, как способ социального функционирования в определенных экологических нишах посредством кочевого скотоводческого хозяйства и соответствующего способа производства (Аргынбаев, Алматы,1998:).

О пастбищах киргиз А.И. Левшин писал: «...пастбища обыкновенно бывают у киргиз двоякие: одни летние, другие зимние. Ничем не закрытая, ровная и тучная пажить очень хороша для скота летом, но зимою потребны для оного, в особенности для овец, частые холмы, которые могли б защитить  от бурь и ветров, пески, вбирающие в себя воду, и потому скорее обижающиеся от снега, камыши и кустарники, служащие в пищу верблюдам и вместе для топки или для согревания пастухов. По сим-то причинам, видим что почти все роды имеют одни кочевья летние, другие зимние, и последние, по большей части, бывают южнее первых. По сему-то баганалин-найманец, проведя лето на Ишиме или Тургае, идет на зиму к Куван-дарье, а яппаец в ноябре месяце удаляется с менового двора из Троицка к берегам Сыра. То же можно сказать и о многих других. Следовательно, киргизы должны или иметь двоякие жилища, или уменьшить свое скотоводство. В последнем случае они нанесут урон и себе и соседям, которых все торговые связи с ними имеют целию только вымен скота» (Левшин, 2007: 20-21). Из выше сказанного, можно сделать вывод о том, что действительно материальным достатком всего рода являлось скотоводство. Так как, именно скот казахи использовали как основной товар при торговле.

Причину того что, почему казахи не могли перейти к хлебопашеству А.И. Левшин видит в следующем: «...нельзя предположить и того, чтобы все киргизы могли из пастухов обратиться в землевладельцев, ибо, не говоря уже об отвращении их от сего состояния, они имеют слишком мало мест, способных к хлебопашеству» (Левшин, 2007: 21).

М. Шорманов о зимовках киргиз писал: «При каждой зимовке устраиваются теплые дворы из плетня, плитового камня или из дерна; они бывают или крытые, или представляют простые загородки из жердей. Свои собственные жилые строения киргизы возводят, смотря по состоянию, или из строевого леса, на манер русских домов, или из плитняка, или даже из землебитного кирпича. Бедняки живут всю зиму в своих классических юртах, устраиваемых из остроумно придуманной легкой камышовой решетки, обтянутой снаружи, толстейшим войлоком – по местному называемым кошмою» (Шорманов, 2007:18). Здесь стоит обратить внимание на то, что не все уже казахи жили в юртах. Уже часть населения на зимовках строили постоянные дома, то есть не переносные жилища.

Как писали Н.С. Муканов и Н.А. Алимбай: «Жизнь человека, коллектива, семьи проходит в окружении вещей, необходимых для жизнеобеспечения, и наличие их зависит в первую очередь, от экономического положения владельца жилища. Чем состоятельнее человек, чем выше его положение в обществе, тем разнообразнее и богаче предметы бытового назначения, создающие в целом убранство юрты. И наоборот, чем меньше средств  к существованию у человека, тем ограниченнее круг жизнеобеспечивающих предметов» (Аргынбаев,1998: 234).

О социально – экономической значимости юрты говорят цены, существовавшие в середине XIX века на ее различные части. А.К. Гейнс сообщает о них: деревянный каркас стоил от 10 до 35 руб. серебром, 1 аршин хорошего войлока, шедшего на покрытие юрты – 1 руб. серебром. У состоятельного владельца юрта по своим размерам больше и, следовательно, дороже, чем у бедного.

По сведениям Чокана Валиханова свадебная юрта отау, приготовленная состоятельным казахом для дочери, стоила от 200 до 400 баранов. Если принять во внимание, что в то время трех-четырех летняя овца стоила 2 рубля, станет ясным, насколько была высокой цена свадебной юрты, в нее включалась стоимость самой юрты и предметов внутреннего убранства.

В Акмолинской области в начале XX века хорошая юрта стоила 150 руб., обыкновенная (надо понимать – для людей среднего достатка) – 80-100 руб., а на Сырдарье, соответственно – 150 и наполовину меньше, как видим, цены середины XIX  и начала XX веков приблизительно одинаковы. В сведениях А.К. Гейнса указывается только стоимость деревянного каркаса (10-35 руб.), но если приплюсовать к ней затраты на войлочное покрытие, цена средней юрты может колебаться в пределах 80 рублей (Аргынбаев, 1998: 234).

Известный этнограф, исследователь степного края Н.Я. Коншин писал: «В Ахмирово две улицы, с площадью, где стоит мечеть. Домики, по большей части, из сырцового кирпича, есть и деревянные, обмазанные глиной. Я попросил сопровождавших меня киргиз показать мне дом побогаче, победнее и средний. Чтобы попасть в дом, везде надо пройти через скотный двор, с навесом. Одним из худших оказался дом какого-то Табыша. Он состоял из одной комнаты, в длину и ширину имевшей не много больше сажени; несмотря на мой средний рост я должен был нагибаться, чтобы не доставать потолка. Впрочем, последнего вовсе нет: им служит прямо крыша из жердей и тала, прикрытых камышом и землей сверху. Большую часть комнаты занимала печь, в роде русской, с очень низким отверстием. Для света служили два крошечных оконца, с одной рамой летом и зимой. Пол как почти везде земляной; в углу около выхода, устроен казан. Всю обстановку комнаты составляла грязная  невероятия кровать, киргизский круглый стол с низенькими ножками, сундук и ... кажется, больше нечего... » (Коншин, 2009: 223-224). Н.Я. Коншин исследуя степные края побывал в Ахмирово в близь г. Усть-Каменогорска в конце XIX века. Изучая местную культуру, в том числе материальную культуру казахов он побывал в трех домах местных жителей. Первым он побывал у местного бедняка Табыша. Дом у него оказался земляной, со скотным двором. Летней юрты у него не было. В обустройстве дома присутствовали элементы национальной мебели кровать, круглый стол, сундук. Следующим он посетил дом местного богача Исупова: «...три комнаты с деревянными потолком и полом; есть шкаф, часы и даже зеркало. Судить о полной обстановке дома было нельзя, так как хозяин на лето перебрался в юрту. В юртах живет значительная часть ахмировцев, причем юрты у бедняков стоят около их домишек, люди же богаче выставили свои юрты в 1\2 верст от селения…» (Коншин, 2009: 223-224).

О том, что юрты использовались в качестве летнего жилища и уже стало терять первоначальное назначение, как жилища используемого при кочевке Н.Я. Коншин пишет: «Ахмировцы не кочуют; юрты выставляются (и то не всеми) в самом селении или около него, по старой привычке, как более удобное летнее жилище, чем тесные домишки» (Коншин, 2009: 230).

Н.Я. Коншин подробно описал внутреннее убранство юрты одного сельского киргиза (казаха-от автора К.С.) и его сына: «В юртах у киргиз для каждой вещи имеется строго определенные место: на правой стороне от входа стоит кровать хозяев юрты; у стены против входа – сундуки, сложенные ковры и пр., левее – кровать женатого сына, если он не отделен и своей юрты у него нет; дальше сбруя и т.п.

Большая юрта Рахима убрана гораздо изящнее, чем у отца. Киргизская кровать украшена инкрустацией с серебряными гвоздиками и какими-то камнями; и был новенький диван, шкаф для посуды, зеркало; у стены напротив двери стояло до двадцати сундуков, в красиво расшитых чехлах.

Рахим недавно женился и вся обстановка юрты приданое его жены, за которой он получил 12 верблюдов и более 2 2\1 т.р. Сам он уплатил за жену большой калым: 15 верблюдов, 100 лошадей, 5 ямб серебра и 200 р. Русскими деньгами» (Коншин, 2009: 248).

С изменением политических условий, колонизации территории Казахстана во второй половине XIX века и как следствие дефицита пастбищ привело к изменению типа казахского хозяйства. Царские власти старались проводить политику, ведущую к сокращению количества традиционных путей кочевий. Данные кочевые пути мешали образованию переселенческих участков на территорию Степного края (Ксенжик, 2015:406).

Жилище, домашнее убранство, одежда и пища казахов веками приспосабливались  к ведению пастбищного скотоводческого хозяйства и кочевому образу жизни. Лишь с переходом некоторой их части к полукочевой, а бедняков – жатаков к оседлой жизни стали претерпевать изменения отдельные элементы традиционной материальной культуры.

Особенно быстро этот процесс происходил в середине и конце прошлого века в связи с приобщением казахов к промышленному производству, когда у казахских рабочих изменились вместе с условиями производства и условия жизни. У крестьян и рабочих оседлых народов элементы материальной культуры в основном совпадали. Переход этих крестьян на работу в промышленность не вызывал такой коренной ломки веками сложившегося уклада жизни, как это предстояло кочевнику.

Поэтому процесс превращения кочевников в рабочих крупной промышленности с самого начала являлся и процессом превращения традиционного кочевого уклада, быта в оседлый, причем на пролетарской основе (Востров, Кауанова, 1972: 236).

Результаты. То есть, с изменением хозяйственного типа с кочевого на оседлый привел к тому, что казахи, превратившись в рабочий класс, под влиянием культуры других народов, в частности русской, стали менять свой бытовой уклад жизни.

В процессе общения они перенимали друг у друга наиболее рациональные методы земледелия и скотоводства. Переходя на полуоседлость и оседлость, казахи восприняли у русских и украинцев и элементы оседлого быта. В то же время русские и украинские переселенцы учились у казахов местным приемам выпаса и содержания скота, усваивали технику орошаемого земледелия, многие элементы быта (Востров, Кауанова, 1972: 200-201).

Жизнь в тесном соседстве с представителями других национальностей, а также появившаяся возможность приобретения мебели по линии государственной торговли обусловили изменения в домашнем убранстве. Началось внедрение в обиход кроватей, столов, табуреток и стульев, платяных и посудных шкафов, ковров, зеркал, фабричных чемоданов. Первоначально кровати служили у казахов для складывания одеял и подушек, а столы и стулья во многих случаях – не для повседневного пользования; в силу привычки рабочие продолжали спать на полу, есть за низким столиком или просто на скатерти, разостланной на полу.

Домашнее убранство у казахских шахтеров в этот период выглядело примерно так. В семьях, еще не воспринявших новые элементы быта, на полу расстилались кошмы и алаша. Вдоль одной из стен складывались одеяла и подушки на сундуках и чемоданах или, если имелись казахские деревянные кровати, то на них. Одежда вешалась на гвозди, вбитые в стены, рабочая –  в коридоре, остальная – в жилых комнатах (Востров, Кауанова, 1972: 201).

Итак, из выше изложенного мы видим, как домашнее убранство казахов в начале XX века подверглось видоизменению. В обиходе казахи стали использовать фабричную мебель и другие элементы быта.

В послевоенные годы развернулось широкое индивидуальное строительство. Оно было вызвано стремлением построить удобное и благоустроенное жилище по своему вкусу, а также тем, что государство еще не имело возможности полностью обеспечить потребность в жилье.

В дальнейшем – к концу 30-х и начале 40-х годов, когда окрепла материально-техническая база государства, развернулось массовое строительство двух-, трех- и четырехэтажных кирпичных домов с удобствами (водопровод, санузел, центральное отопление) (Востров, Кауанова, 1972: 201).

Как отмечает В.В. Радлов: «Массовый переход казахского кочевого и полукочевого населения к постоянным жилищам связан с коллективизацией сельского хозяйства. Глубокие социальные преобразования в ауле вызывают изменения во всем укладе жизни казахов, в их культуре и обычаях. Создаются условия для нового качественного развития форм их оседлого жилища, которое шло параллельно с развитием индивидуальной усадьбы» (Востров, Кауанова, 1972: 201).

Здесь следует отметить тот факт, что идеология проводимая, советской властью была сильна. И казахи постепенно стали поддаваться идеям социалистического быта. Об этом свидетельствует В.В. Радлов: «Трудящиеся аула убеждались на примере своих соседей – русских, украинцев, узбеков, что жилище в условиях колхозного строя является важнейшим элементом нового социалистического быта и что их прежнее примитивное жилье теперь уже непригодно».

А.С. Сарсамбекова в своей статье «Материальная культура казахов западной Сибири и северного Казахстана конец XX – начало XXI веков» отмечает следующее: «Трансформационные процессы больше всего появились в материальной культуре, где товары промышленного производства вытеснили изделия национального промысла. Именно здесь хорошо прослеживаются последствия глобализации, так как происходит нивелирование национальной самобытности» (Сарсамбекова, 2013: 28). То есть в условиях города можно наблюдать тенденцию тиражирования предметов быта, что приводит к постепенной утрате этнической особенности материальной культуры казахов. Эту тенденцию можно наблюдать не только среди российских казахов, но и среди казахов северо-востока, а также Восточного региона нашей Республики. Конечно нельзя не отметить, что большой процесс урбанизации является еще одним фактором, влияющим на трансформацию материальной культуры и быта казахов.

Как известно, в 90-ые годы XX столетия Казахстан находился в тяжелом экономическом кризисе, что повлекло за собой активные миграционные процессы. Если для нетитульного населения республики была характерна внешняя миграция, то для казахов – внутренняя. Современные городские казахи в основной массе являются маргиналами, так как они – горожане в первом поколении. Если бы не тяжелейший экономический кризис, в котором находился Казахстан в 90-х гг. XX века, то вероятней всего, они проживали бы там, где родились.

Если рассмотреть современные частные дома по внешнему виду в них  не прослеживается этническая специфика. По внешнему виду дома нельзя сказать, что дом принадлежит казахам. Национальный орнамент на заборах, на ставнях, который играет роль этнического маркера, встречается очень редко. Также мы обратили внимание, что казахи в полиэтническом окружении «подстраиваются» под большинство. В домах как правило 3-4 комнаты, в квартирах 2-3 комнатные (Сарсамбекова, 2013:29).

Заключение. Из вышесказанного следует отметить, несмотря на то, что глобализационные процессы и стандартизация в сфере производства, прежде всего товаров, материального быта имеют место в современном обществе, тем не менее казахи Восточного региона в материальной культуре сохраняют свою этническую специфику, не полностью, но частичными элементами в быту. Основным фактором, повлиявшим на трансформацию материальной культуры является процесс урбанизации, который заставляет не только казахское население, но и в целом население города адаптироваться под городские условия жизни. В этой связи город выступает как своего рода живой организм, который поглощает все этнические особенности народов, заставляя адаптироваться под динамичный городской уклад жизни.

Литература:

Левшин А.И. Описание орд и степей казахов. – Астана. - 2007,- Библиотека казахской этнографии,

9 том.

Сарсамбекова А.С. Материальная культура казахов западной Сибири и северного Казахстана (конец XX-начало XXI вв.)

Востров В.В., Кауанова Х.А. Материальная культура казахского народа на современном этапе. – Алма-Ата: Наука, 1972.

Ксенжик Г.Н. Историческая география Степных областей Казахстана в XIX – начале XX вв.: Монография. – Алматы: Издательство «Айганым», 2015.

Краткий исторический очерк Семипалатинского края до 1917 года. – Семгубиздат. – 1917.

Шорманов М. Казахские народные обычаи. - Астана. - 2007,- Библиотека казахской этнографии,  4 том.

Коншин Н.Я. Исследователь степного края. – Семей, 2009.

Первая Всеобщая перепись населения. –C. – Петербург, - 1897.

Аргынбаев Х. Традиционная культура жизнеобеспечения казахов. Очерки теории и истории. – Алматы: Гылым, 1998.

References:

Levshin A.I. Opisanie ordi stepei kazahov. – Astana. - 2007, - Biblioteka kazakhskoi etnografii, 9 tom.

Sarsambekova A.S. Materialnaya kyltyra kazahov zapadnoy Sibiri i severnogo Kazakhstana (konec XX –nachalo XXI vekov). – Almaty: KazNPU.- 2013.

Vostrov V.V., Kayanova H.A. Materialnya kyltyra kazahskogo naroda na sovremennom etape. – Alma-ata:Nayka, 1972.

Ksenzhik G.N. Istoricheskaya geografia Stepnih oblastei Kazahstana v XIX – nachale XX vv.: Monografia. - Almaty: Izdatelstvo «Aiganym», 2015.

Kratkyi istoricheskyi ocherk Semipalatinskogo kraya do 1917 goda. – Sembygizdat. – 1917.

Konshin N.Y. Issledovatel stepnogo kraya. – Semei, 2009.

Shormanov M. Kazakhskie narodnie obychai. – Astana. – 2007, -Biblioteka kazakhskoi etnografii, 4 tom.

Pervaya vseobshaya perepis naselenya. – S.-Peterbyrg. -1897.

Argynbaev X.A. Tradicionnaya kyltyra zhizneobespechenia kazahov. Ocherki teorii i istorii. – Almaty: Gilim,1998.

А.Н. АЛЕКСЕЕНКО, т.ғ.д., профессор

К.Е. СМАГУЛОВА, PhDдокторант

С. Аманжолов атындағы Шығыс Қазақстан мемлекеттік университеті

ШЫҒЫС ҚАЗАҚСТАН ҚАЗАҚТАРЫНЫҢ МАТЕРИАЛДЫҚ МӘДЕНИЕТІНІҢ XIX ҒАСЫРДЫҢ АЯҒЫ – XXI ҒАСЫРДЫҢ БАСЫНДАҒЫ ТРАНСФОРМАЦИЯСЫ

Түйін

Мақалада қазақтардың материалдық мәдениетінің дәстүрлі көшпеліліктен отырықшылыққа ауысқанға дейінгі дамуы мен өзгеруі қарастырылады. Қазақтардың дәстүрлі материалдық мәдениетінің өзгеруі материалды қөндіріс жүйесін, қоғамдық қатынастар, Шығыс Қазақстан қазақтарының XIX ғасырдың аяғы – XXI ғасырдың басындағы өмір сүру әрекеттері, бейімділіктерінің ерекшеліктерін қарастыру арқылы зерделенеді.

Зерттеу жұмысында материалдық мәдениеттің өзгеріске ұшырау факторлары қарастырылады. Бірінші кезекте, патша үкіметінің көшпелі қазақтарға жүргізген саясаты ашық айтылып, оның қазақтардың шаруашылық түрінің өзгеруіне әсері көрсетіледі, оның салдары ретінде қазақтардың отырықшылыққа көшу іжүреді, тұрмыстық жағдайлары, шаруашылық түрі, материалдық өндірісі өзгереді.

Кілт сөздер: мәдениет, Шығыс Қазақстан қазақтары, қазақтардың материалдық мәдениеті, көшпенділік, отырықшылық, өзгеріс, киіз үй, тұрғын үй, қазақтардың өмірге бейімділігі.

A.N. ALEKSEYENKO, Doctor of Historical Sciences, Professor of History

К.ЕSMAGULOVA, PhD Student

S. Amanzholov East Kazakhstan State University Ust-Kamenogorsk, Kazakhstan

THE TRANSFORMATION OF MATERIAL CULTURE OF THE KAZAKHS OF EAST KAZAKHSTAN

AT THE TURN OF THE LATE 19TH –EARLY XXI CENTURIES

Summary

 In this article we consider the development and transformation of material culture of Kazakh people from traditional nomadic culture to sedentary. The transformation of the traditional material culture of Kazakh people is considered trough the study of material production system, social relations and the lifestyle of Kazakh people of East Kazakhstan during the period from end of the century XIX –the beginning of the XXI century.

The article reveals the factors that influenced the change of material culture from nomadic to sedentary. First of all, it reveals the policy of tsarism towards Kazakh nomads, the influence on change in the economic type of Kazakhs, and as a result, the process of subsidence, changes in living conditions and material production take place.

Keywords: culture, the Kazakhs of East Kazakhstan, material culture of Kazakh people, nomadizm, sedentary, transformation, yurt, dwelling, the lifestyle of Kazakh people.


Пікір жоқ

Пікір қалдыру үшін кіріңіз немесе тіркеліңіз

Қаралуы: 37

Рецензиялар жоқ

Жүктеу

Смагулова К.Е. ВКГУ послдняя версия.docx 0.04 MB

Санат

Пәнаралық зерттеулер Әдістемелік еңбектер Макро- және микротарих Отан тарихы. Зерттеудің жаңа әдістері Жас ғалымдар зерттеулері Сын. Пікір

Тақырып бойынша мақалалар

КУЛЬТУРА И БЫТ КАЗАХСКИХ РАБОЧИХ В ПОСЛЕВОЕННЫЙ ПЕРИОД Астана - главная идеологическая ценность независимого Казахстана Тюрко-согдийский вопрос в истории раннесредневекового Казахстана: современный взгляд НОВЫЕ АРХИВНЫЕ МАТЕРИАЛЫ О СОБЫТИЯХ 1916 ГОДА В КАЗАХСТАНЕ УДК 323.15(574) ИСТОРИЯ МЕЖЭТНИЧЕСКИХ, МЕЖКОНФЕССИОНАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ В РЕСПУБЛИКЕ КАЗАХСТАН, ВКЛЮЧАЯ ИСТОРИЮ НАИБОЛЕЕ КРУПНЫХ ЭТНОСОВ: ОСН СУБЭТНИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА - СТАРОВЕРЫ ВОСТОЧНОГО КАЗАХСТАНА КУЛЬТУРНО-БЫТОВЫЕ УСЛОВИЯ ЖИЗНИ ПЕРВОЦЕЛИННИКОВ УДК 32.001: 005.44(4+5)Геополитические измерения Евразийства в условиях глобализации УДК 947.084 (574.2) ЭТНОЯЗЫКОВЫЕ ПРОЦЕССЫ В УСЛОВИЯХ ДВУЯЗЫЧИЯ В ПЕРИОД ЦЕЛИНЫ УДК 821.161.1 «Поселился на границе Сибири и Казахстана в г. Кустанае» История ссылки Михаила Бахтина: проблемы, поиски УДК 94(574) «1868/1917»:352.075 ВЫБОРНЫЕ (ВЫБОРЩИКИ) В КАЗАХСКИХ ВОЛОСТЯХ (ВТ. ПОЛ. XIX В. – НАЧ. ХХ В.): ФУНКЦИИ И СПЕЦИФИКА ДЕЯТЕЛЬНОСТИ УДК 32.001: 005.44(4+5) Геополитические измерения Евразийства в условиях глобализации УДК 94(574) О ЗАНИЖЕНИИ ДАННЫХ О КОЛИЧЕСТВЕ ГРАМОТНОГО НАСЕЛЕНИЯ СРЕДИ КАЗАХОВ ПРИ ПЕРЕПИСИ НАСЕЛЕНИЯ В СТЕПНОМ КРАЕ УДК 94(574) ЭТНОПЕДАГОГИЧЕСКИЕ ТРАДИЦИИ В ИСЛАМСКОМ ВОСПИТАНИИ КАЗАХСКИХ ДЕТЕЙ УДК 94 (574) К ВОПРОСУ О ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА В ВОСТОЧНОМ ТУРКЕСТАНЕ В 1920-Е ГОДЫ ПО АРХИВНЫМ ДАННЫМ УДК 39 (574.42) ТРАНСФОРМАЦИЯ МАТЕРИАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ КАЗАХОВ ВОСТОЧНОГО КАЗАХСТАНА В КОНЦЕ XIX - НАЧАЛЕ XXI ВЕКОВ

Автордың мақалалары

УДК 39 (574.42) ТРАНСФОРМАЦИЯ МАТЕРИАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ КАЗАХОВ ВОСТОЧНОГО КАЗАХСТАНА В КОНЦЕ XIX - НАЧАЛЕ XXI ВЕКОВ